Члены комиссии оказывается открытым тестом потребовали подписать заявления-признания о хищениях социалистической собственности, которые они организовали в своем институте. Сделали это они по наущению товарища Чухляева, который заявил им, что пользуется безграничным доверием Первого секретаря крайкома и никто их проверять не будет. А у финансового комитета края распоряжение сразу же выделять все запрошенные институтом средства.

Они должны понимать, что институт в любом случае обречен, так как наверху уже принято решение о его переподчинении и в ближайшее время он напрямую будет подчиняться ВАСХНИЛ и лично её президенту академику Лысенко. А учитывая, что у обоих рыльце в пуху, нетрудно понять какая судьба их ожидает.

Начальник управления тут же приказал посетителям предоставить отдельные помещения и они сели писать заявления под бдительным оком приставленных сотрудников.

Антон сразу же позвонил в Москву своему прямому и непосредственному начальнику генералу Селивановскому, тот связался с первым замминистра госбезопасности генералом-полковником Ворониным и тот сразу же приказал всех членов комиссии задержать, изъять абсолютно все документы и сразу же с пристрастием допросить.

Приказ замминистра естественно тут же был выполнен и у руководителя комиссии было изъята инструкция по проведению инспекции подписанная доктором биологических наук, профессором и заведующим кафедрой дарвинизма Ленинградского государственного университета Исааком Израилевичем Презентом, которая полностью подтверждала рассказ Антонова и Лапидевского.

Руководитель комиссии оказался очень сообразительным и попытался запихнуть эту инструкцию в рот, видимо намереваясь съесть её, но так как его задержанием Антон руководил лично, то ничего из этого не получилось и немного обслюнявленные и помятые страницы были успешно извлечены из-зо рта сразу же разрыдавшегося председателя комиссии.

Пока его везли в управление, он окончательно дозрел и к моему приезду успел дать развернутые признательные показания. Генералу Воронину уже все было доложено и самолет уже ждал полковника Дедова для вылета в Москву. Он должен привезти все изъятые документы комиссии, в первую очередь пресловутую инструкцию, заявления Антонова и Ляпидевского и задержанного председателя комиссии.

Антон быстро прочитал уже написанное мною и попросил коротко и быстро дописать, если что-то еще хочу. Но буря в моей голове уже улеглась и я спросил у него:

— Антон, скажи честно, а надо ли мне что либо дописывать?

Антон развел руками и отрицательно потряс головой.

— Думаю, что теперь уже нет.

* * *

Болезнь товарища Сталина, о которой на Западе подробностей не знали, но резонно предположили, что она есть, так он какое-то время совершенно не появлялся на людях. Но главным маркером было не это.

С начала сорок восьмого года резко начали обостряться два неразрешенных политических вопроса Южной Европы: триестский и турецкий. Никаких известных хабарову по памяти сергея Михайловича трения в советско-югославских отношениях пока не было. и причина этого была очень простой и лежала на поверхности.

Италия благодаря разносторонней помощи США быстро восстанавливалась в экономическом, а самое главное в военном отношении. Совершенно открыто из-за океана стали прибывать «добровольцы», у которых вдруг проснулись патриотические чувства к своей благополучно покинутой когда-то исторической родине и все они имели богатый опыт участия во Второй Мировой на европейском театре. Кроме них на Аппенины потянулись и ветераны войны с других стран Западной Европы, в том числе и бывшие военнослужащие вермахта.

Страны Бенилюкса, Великобритания, Италия и Франция заключили Брюссельский пакт, главным содержанием которого провозгласили создание «коллективной самообороны» против возможного агрессора, подразумевая под этим СССР и его союзников.

В этой ситуации маршал Тито сразу же понял, что устоять в случае какого-либо открытого вооруженного конфликта Югославия может только с помощью Советского Союза. А всё шло к тому, что претензии Италии не ограничатся только Триестом и распространятся чуть ли не на всю Истрию, хотя итальянское население из спорных районов выехало уже полностью.

Параллельно с этим активизировались и турки, которые в один прекрасный момент просто отозвали свою делегацию с идущих уже не первый год переговоров и тоже начали военные приготовления. На этом фоне сразу же активизировались процессы создания Балканской Федерации, но без участия Румынии.

Несмотря на название это скорее конфедерация. Однозначно сразу было решено создать общее военное командование и начался реальный процесс военной интеграции четырех стран участников. И сразу же был подписан договор о военном сотрудничестве с СССР.

В Москве прошло совещание руководителей формирующегося восточного блока, как его начали называть на Западе. Здесь были все первые лица, кроме товарища Сталина. Это был вернейший признак, что руководитель СССР болен и это подтолкнуло некоторых «товарищей» по оружию к более решительным действиям.

Маршал Тито подтвердил свою репутацию хорошего вояки и к майским праздникам сорок восьмого с помощью Советского Союза укрепил северные и западные границы Югославии, сосредоточив там половину своей армии, в Италии призадумались. А когда на итало-югославской границе начали разворачиваться албанские и болгарские части и болгарские части, то и Риме сыграли отбой.

Но у кукловодов кнопки «стоп» не оказалось и сразу же был задействован вариант Б, турецкий. у наследников османов свербило и очень. За время прошедшее после конфликта с Болгарией и Грецией, они, по их мнению, существенно усилили свою армию, получив военную помощь из-за океана и сразу же после майских праздников обострилась обстановка, и в первую очередь на советско-турецкой границы. Кратно выросли нарушения государственной границы и участились попытки проведения диверсионной деятельности в Закваказье. И использовались для этого бежавшие в двадцатых националисты и формирования воевавшие на стороне Германии нашедшие новых хозяев.

У турок вдобавок ко всему начал очень свербить экономический вопрос. Сейчас в конце сороковых морские торговые пути для Советского Союза, Болгарии и Румынии еще не столь значимы как это будет лет через пятьдесят. И поэтому большую часть грузопотока шедшего через Босфор достаточно безболезненно удалось переключить на маршрут Варна-Александруполис. Строительство и реконструкция дорог между этими городами и расширение морских грузовых портов было закончено и турки это сразу почувствовали

Контроля над Дарданелами и них не было, на европейском берегу пролива были греки. Это создавало для них огромные проблемы и часть грузопотока они уже и так переориентировали на порты эгейского моря. А тут вдруг как по мановению волшебной палочки большая часть болгарского и румынского торгового флота ушла в Грецию и начала работать через её порты. Советские корабли сделали тоже самое и через Босфор внезапно навигация сократилась чуть ли не на порядок. Это еще больше подстегнуло горячие турецкие головы. Вот на этом фоне товарищ Сталин после своего возвращение к автивной работе и командировал Хрущева на Кавказ.

Как всё произошло на самом деле конечно неизвестно, правду о таком