(Более подробное обсуждение свободы воли в машине жизненного опыта и в VR смотрите в онлайн-заметке.)

Возможно, сначала полезно разобраться, каких благ будет недоставать в VR в ближайшие десятилетия. Ведь присутствуют значительные, но временные несовершенства. Затем мы можем обсудить ценностные ограничения VR в долгосрочной перспективе и те вещи, которые в VR в принципе невозможны.

Ясно, что сегодня наш чувственный опыт в VR обеднен. Визуальные ощущения в существующих гарнитурах невысокого качества, но технология улучшается. Слуховые ощущения несколько ближе к обычному восприятию. Однако вкус и обоняние полностью отсутствуют, а осязание сильно ограничено – и это основные недостатки VR ближайшего будущего. Мы можем обитать в виртуальных телах, но наше восприятие этих тел неполноценно. В современной VR нет реалистичного опыта потребления пищи. Нет настоящих объятий или поцелуев. Несмотря на все усилия индустрии секс-технологий, межличностный сексуальный опыт в VR – это лишь тень того, что существует в физическом мире.

Эти ограничения создают препятствия для полноценной жизни в виртуальной реальности ближайшего будущего. Если вы цените мультисенсорные ощущения от еды и питья, поднятия тяжестей или заплыва в океане, то пока вам придется заниматься этим за пределами VR. При нынешнем положении вещей вы можете полноценно прожить в VR лишь часть своей жизни: пользоваться виртуальным рабочим местом, вести беседы с друзьями, посещать виртуальные собрания, – в этих случаях осязание, вкус и обоняние неважны.

Однако технологии виртуальной реальности постоянно развиваются. Улучшается разрешение изображений и угол обзора, и вскоре визуальное восприятие VR сравняется с обычным зрением. Исследователи экспериментируют, стремясь воссоздать чувство вкуса, обоняния и осязания. В долгосрочной перспективе у нас почти наверняка появятся интерфейсы мозг – компьютер, посредством которых виртуальные входы будут напрямую стимулировать участки мозга. Это позволит получить широкий спектр ощущений – не только привычных сенсорных, но и тех, что выходят далеко за их рамки.

Стоит затронуть некоторые аспекты, в которых VR может быть лучше обычной физической реальности*. Во-первых, как мы только что упомянули, виртуальная реальность предоставит новые формы восприятия, которые труднодоступны или невозможны в физическом мире: полеты, пребывание в совершенно других телах. Во-вторых, если планета подвергнется катаклизмам (как показано в видеоигре «Soma», а также в моей истории о машине реальности), VR может стать надежным убежищем. В-третьих, в то время как пространство на Земле – ограниченный ресурс, в виртуальной реальности оно практически бесконечно. Как мы обсудим в девятнадцатой главе, каждый сможет получить виртуальный особняк или даже виртуальную планету. В-четвертых, по мере того как в технологическом будущем наши интеллектуальные процессы будут ускоряться, физическая реальность начнет казаться невыносимо медленной. А виртуальная реальность, в свою очередь, может ускориться вместе с нашим разумом.

В определенный момент VR обеспечит преимущества в ряде направлений, касающихся пространства, времени, ощущений, воплощений и многого другого. Вопрос в том, превысят ли эти преимущества затраты.

Чего не хватает VR в долгосрочной перспективе?

Чтобы сосредоточиться на проблемах далекого будушего, мы можем представить себе полностью иммерсивную VR-систему, в которой ощущения практически такие же, как в физическом мире. Во время пандемии мы сможем избегать контактов, зависая в виртуальной реальности. Несомненно, появятся режимы VR, которые будут предлагать опыт, выходящий далеко за рамки физической реальности, но также будут режимы, имитирующие физическую реальность почти идеально. Мы будем есть, пить, обниматься, плавать, тренироваться и заниматься сексом – и способы будут неотличимы от оригинальных. Будет ли такая VR настолько же хороша, как обычная физическая реальность? Или ей чего-то не хватает?

Кто-то скажет, что в VR отсутствует физическая составляющая, а физическая составляющая – это то, что мы ценим. Конечно, легко вообразить, как люди время от времени выходят из VR, чтобы физически поесть, физически поплавать или физически заняться сексом. Но если восприятие этих вещей в виртуальной реальности действительно неотличимо от переживаний вне виртуальной реальности, то подобное стремление к физическому может показаться прихотью или фетишем.

Без сомнения, некоторые люди по-прежнему будут высоко ценить физический мир ради него самого. Австралийская певица Оливия Ньютон-Джон (возможно, отдавая дань уважения своему деду, великому немецкому физику Максу Борну), как известно, предпочла физическую реальность, спев «Станем ближе физически» («Let’s get physical»). Многие в виртуальных мирах будут, по крайней мере, из интереса время от времени посещать физический мир. Возможно, изначально у нашего биологического вида существует чувство подлинности взаимодействия. Но трудно понять, почему именно физическая составляющая должна играть решающую роль в вопросе наличия или отсутствия смысла жизни.

Тем, кто ценит физическое, мы можем задать вопрос: а если окажется, что мы уже находимся в симуляции? Имеют ли еда, плавание и поцелуи, которыми мы занимаемся в нашей симулированной среде, эту «физическую ценность» или нет? Если да, то начнет казаться, что проблема не столько в противопоставлении физического и виртуального, сколько в предпочтении наших первоначальных тел и среды, в которой мы начинали жить. Если же нет, то почему реальность, основанная на симуляции, менее ценна, чем физическая, основанная на кварках? Как только мы примем симуляционный реализм, трудно будет доказать, что физической реальности присуще нечто такое, что делает ее ценнее виртуальной.

Конечно, никого не следует принуждать к жизни в VR. Если кто-то, являясь виртуальным ирреалистом, считает, что полноценная жизнь в виртуальной реальности невозможна, то, даже если он ошибается, жизнь в виртуальной реальности будет идти вразрез с его предпочтениями. Я считаю, что решение перейти в VR – это вопрос свободного выбора. При этом мне кажется, что по мере улучшения качества виртуальных миров виртуальный реализм постепенно станет общепринятой точкой зрения. И в итоге люди добровольно выберут провести бо́льшую часть своей жизни в виртуальных мирах.

Многие укажут на то, что в VR будет не хватать взаимоотношений. Если всю жизнь провести одному в виртуальной реальности, то будут утрачены контакты с семьей и друзьями. Но, возможно, и нет, ведь родные и друзья могут войти в виртуальный мир вместе с вами. Кроме того, многие виртуальные миры позволят вам общаться с невиртуальным миром и возвращаться в него, и в этом случае вам не нужно будет отказываться от социума. Что касается самих отношений, то диапазон возможностей в VR примерно аналогичен диапазону возможностей, доступных при переезде в другую страну. Эмиграция, виртуальная или нет, может ослабить некоторые старые связи, но она же приводит ко многим новым и часто делает вашу жизнь скорее лучше, чем хуже.

Существует множество социальных и политических вызовов, которые связаны с влиянием виртуальных миров на общество и которые также касаются проблем информационных технологий в целом: неравенство, утечки информации, утрата автономии,