— Упс, не повезло, Биггс, — хихикнул Пирс, когда бутылочка остановилась на Лиззи. (У меня помертвело в груди.) — Не переживай, чел, это всего лишь поцелуй.

— Я не играю, — безмятежно откликнулась Лиз, срывая травинку. — Крути заново.

— Чушь собачья, — побагровел Пирс. — Ты знаешь правила. Кто сидит в кругу, тот целуется.

— Ты оглох? — ощетинился я. — Крути заново.

— Ладно, можно просто чмокнуться, без языка, — пошел на попятный Пирс.

— Какую часть фразы «я не играю» ты не понял? — холодно спросила Лиз, приподнимаясь на локте. — Мне повторить для тупых или наконец дошло?

От ее реплики ребята покатились со смеху.

— Шикарно она тебя уела, чел!

— Выкуси, Пирси!

— Ну и плевать, зато я не фригидная стерва-трусиха, — буркнул Пирс, сгорая от стыда и свирепо глядя на мою девушку. — Спорим, ты отвратно целуешься, гадюка.

— Следи за языком, олень! — процедил я, порываясь встать, однако Лиз пресекла маневр, оседлав мои бедра.

— К тому же, олень, ты все равно никогда этого не узнаешь. — Стоя на коленях, Лиз взяла мое лицо в ладони, запрокинула голову и промурлыкала: — Я целуюсь только с этим парнем.

В следующий миг она впилась в меня губами, застав врасплох. И потрясла еще сильнее, когда ее язык скользнул мне в рот, а грудь тесно прижалась к моей. Черт, Лиз умела завести с пол-оборота.

Я знал, что все уставились на нас. Ребята похабно свистели, улюлюкали, однако мне было плевать. Весь мой здравый смысл и логика куда-то улетучились.

Я взял Лиз за бедра и с силой потянул ее вниз из-за стремления скрыть стояк, но больше из-за желания ощутить ее близость.

Моя девушка с удовольствием опустилась, ни на секунду не прерывая поцелуя и жадно исследуя мой рот языком.

Ее пальцы в моих волосах. Язык во рту. Попка на коленях. Бедра трутся о мои.

Эмоции зашкаливали. Я смутно представлял, как все это прекратить, да и, если честно, не имел ни малейшего желания.

— Ладно, ладно, мы все поняли.

— Народ, ну вы даете!

Только пронзительный визг моей сестры: «Фу! Лиззи Янг, слезь с моего брата! Немедленно!» — заставил нас оторваться друг от друга.

Тяжело дыша, Лиз отстранилась, окинула меня голодным взглядом и разочарованно застонала.

— Срань господня, Клэр! — рявкнул я, тоже изголодавшийся и разочарованный. — Да что с тобой за беда?

— Я, — смиренно вздохнула Лиз. — Я ее беда.

— Не вставай, — умоляюще шепнул я, пресекая попытку Лиз подняться и продемонстрировать ребятам всю степень моего разочарования.

Она вспыхнула и хитро подмигнула. Потом развернулась у меня на коленях, и мы оба наблюдали, как разъяренная Клэр спешит к нам из домика на дереве.

Заметив выражение ее лица, вся компания поторопилась убраться с линии огня. До сих пор никто не видел Клэр Биггс в такой ярости. Даже Фили попятился. Я, напротив, вызывающе сощурился, готовый к бою.

Сейчас кудрявому дьяволенку мало не покажется!

— Что за беда со мной? — Клэр встала прямо перед нами и уперла руки в бока, ее глаза метали молнии. — Нет, что за беда с тобой, Хью? — Она свирепо уставилась на мою девушку. — И с тобой! — Сестра презрительно скривилась. — Сидишь верхом на моем брате! — Ее щеки порозовели. — И суешь язык ему в рот! — возмущенно взвизгнула она и топнула ногой. — Ты ведь моя лучшая подруга!

— Так и есть. Я твоя лучшая подруга.

Уже привыкшая к этой схеме Лиз обреченно вздохнула. Наши отношения были вечным камнем преткновения между моей сестрой и девушкой.

— Вот и веди себя соответственно! — Клэр смотрела и говорила с неприкрытой обидой. — Сегодня мой день рождения. Мой, а не Хью! И ты должна проводить время со мной.

— Повзрослей наконец, Клэр! — вклинился я, сытый этим идиотизмом по горло.

Почему-то я не закатывал истерик, когда они с Гибсом тусили вдвоем сутками напролет. Масштаб лицемерия не укладывался в голове, и пора было напомнить об этом Клэр, однако Лиз предостерегающе коснулась моего плеча.

— Извини. Обещаю впредь не целовать твоего брата тогда, когда мне положено проводить время с тобой.

Лиззи пыталась задобрить истеричку, и это еще сильнее разозлило меня. Желание потворствовать закидонам моей сестры лишний раз доказывало, как глубоко Лиз ценит их дружбу.

— В идеале не целуй его вообще! — не унималась Клэр. — Это отвратительно.

— Отвратительная ты! — вырвалось у меня.

— Хью.

— Что Хью? — бушевал я, не обращая внимания на резкий тычок локтем от моей сообщницы. — Она ведет себя как ребенок. Пусть наконец повзрослеет.

— Медвежонок Клэр, — вклинился подоспевший Гибс, — все хорошо. Не цепляйся к сладкой парочке. — Он с улыбкой обнял мою сестру за плечи. — Совершенно незачем ссориться. Мы здесь все друзья.

От одного только присутствия Гибса в личном пространстве моей девушки у нее сорвало башню.

Лиз вскочила как ошпаренная, глаза метали молнии.

— Вот дерьмо. — С обреченным вздохом я схватился за голову и встал.

Две минуты назад Лиз смиренно, с безграничным терпением извинялась перед Клэр, а сейчас тыкала трясущимся пальцем в Гибса.

— Мы больше не друзья и никогда ими снова не станем. Слышишь? — Дрожа всем телом, она с ненавистью уставилась на Гибса и покачала головой. — Я никогда не прощу ни тебя, ни твою семью.

Гибс не ответил. Только молча развернулся и зашагал прочь.

— Лиззи, — Клэр положила ей руку на плечо и сокрушенно вздохнула, — Джерард ни в чем не виноват.

— Не смей! — Грубо стряхнув ее ладонь, Лиз с негодованием обернулась к моей сестре. — Не смей его защищать. — По ее щекам катились слезы. — Ты не знаешь того, что знаю я. — Она судорожно перевела дух. — Не видела того, что видела я.

Клэр умоляюще посмотрела на меня, но я лишь слегка покачал головой. Возражать бессмысленно. Лиз не переубедить. Особенно когда они находятся в непосредственной близости друг от друга. Мы уже пытались, и добром это не кончилось.

Клэр со страдальческой гримасой попятилась и поспешила на поиски Гибса.

— Дыши, — скомандовал я, заслоняя собой Лиз. — Все хорошо. — Я взял ее за дрожащие плечи и заставил