за рамки симуляционного реализма и попытаться доказать, что мы не находимся в локальной симуляции.

Возможно, наиболее очевидным возражением против идеи нахождения в локальной симуляции является призыв Бертрана Рассела к простоте. Как и сценарии «Шоу Трумана», локальные симуляции намного сложнее глобальных, поскольку необходимо постоянно принимать решения о том, что именно моделировать и когда. А для реализации глобальных симуляций требуется лишь смоделировать несколько простых законов природы и позволить миру самостоятельно развиваться.

С другой стороны, глобальная симуляция вполне может оказаться намного более затратной, чем локальная. Чтобы смоделировать огромную вселенную, вроде нашей, потребуется гораздо больше вычислительных ресурсов, чем для симуляции одной лишь Земли. Учитывая это, можно предположить, что локальные компьютерные симуляции окажутся распространенней глобальных. Поэтому мы не можем утверждать, что не находимся в локальной симуляции.

Однако, как мы уже говорили ранее, локальные симуляции вряд ли будут слишком локальными. С одной стороны, есть определенный соблазн для реализации локальных симуляций около Земли или Солнечной системы. Но, с другой стороны, в этом случае наш скептицизм будет скептицизмом лишь в отношении труднодосягаемых объектов: далеких звезд, ядра Земли и так далее. Пожалуй, с такой долей скептицизма можно смириться.

Вре́менные симуляции

Вариантом гипотезы локальной симуляции является гипотеза вре́менной симуляции, в которой моделируется лишь некоторый период времени. Например, симулирован только XXI век, или же симуляция вообще началась сегодня.

В одной из версий гипотезы временной симуляции мы сначала существовали в несимулированном мире, а затем были перенесены в симуляцию, которая настолько хороша, что мы не замечаем разницы. Предположим, буквально вчера вас во время сна похитили и перенесли в совершенно убедительную симуляцию. Реален ли мир вокруг вас?

В этом сценарии, когда вы видите кошку, это не настоящая, а виртуальная кошка. Если предположить, что мы не обитали в симуляции с самого детства, то виртуальная кошка сильно отличается от реальной биологической кошки, как видно из одиннадцатой главы. Виртуальные кошки – реальные цифровые объекты, обладающие независимыми от нас каузальными свойствами, но они не настоящие кошки. Поэтому, когда вы думаете, что перед вами кошка, то ошибаетесь.

В то же время многие из ваших представлений остаются истинными. Ваши воспоминания о детстве по-прежнему могут быть совершенно достоверными. Ваш родной город и ваши бабушка с дедушкой могут быть такими, какими вы их помните. Вашим знаниям о том, что происходит в других частях света, тоже ничто не угрожает, при условии, что мир за это время не рухнул. Неверны лишь ваши предположения о нынешней среде. Таким образом, гипотеза временной симуляции в худшем случае приводит к локальному скептицизму* в отношении текущего и недавнего окружения, а не к глобальному скептицизму в отношении внешнего мира.

Что, если временная симуляция распространяется и на прошлый опыт? Если вся ваша жизнь с момента рождения симулирована, то я бы сказал, что это единственная реальность, которую вы знали, поэтому объекты в ней реальны. Кошки вокруг вас – настоящие, просто кошки в вашей реальности сделаны из битов (ваше слово «кошка» всегда обозначало виртуальных кошек, как уже было сказано в двадцатой главе). Даже если вы попали в симуляцию в пять лет, то к настоящему времени провели в ней достаточно времени, чтобы симулированные кошки считались для вас настоящими. А если вы попали в нее два года назад? Как знать, возможно, в этой ситуации ваше слово «кошка» в равной степени применимо и к виртуальным, и к невиртуальным кошкам. В любом случае, глобальный скептицизм нам не грозит.

Рассел однажды задумался: «Что, если Бог создал реальность пять минут назад*, снабдив нас цельными воспоминаниями, а земные недра – окаменелостями?» Мы можем задать тот же вопрос о симуляции: что, если она была создана пять минут назад из ничего, а ее создатели запрограммировали нашу память? На первый взгляд может показаться, что в этом случае у нас в основном будут верные представления о нынешнем окружении, но не о прошлом. Я не могу с этим полностью согласиться. Как были созданы воспоминания и ископаемые остатки организмов? Самый очевидный путь для их реализации – детальная симуляция прошлого. Но теперь это начинает напоминать ситуацию, когда мы начали жизнь в одной симуляции, а затем были перенесены в другую – или, может, и вовсе в несимулированную среду. В этой ситуации я бы сказал, что наши представления о прошлом в значительной степени точны. И лишь наши представления о последних пяти минутах могут оказаться ложными.

Каков наилучший ответ на скептицизм в отношении событий последних пяти минут или прошлого года? Я снова склонен апеллировать к принципу простоты*. Для того чтобы вырастить кого-то в несимулированном мире, а затем перенести его в симуляцию, требуется намного более сложная система. То же самое касается переноса кого-то из одной симуляции в другую (особенно с учетом того, что между этими симуляциями должны быть значительные различия, если только они не являются одной непрерывной средой). В отличие от сценария локальной симуляции, тут нет очевидных преимуществ вроде эффективности. Маловероятно, что такими будут многие симуляции. Так что, возможно, против подобного скептицизма работает принцип простоты.

В экстремальном варианте временной симуляции моделируется только текущий момент. Иногда это несложно. Если я просто просыпаюсь после дневного сна в темной комнате, создателям симуляции требуется лишь смоделировать несколько мыслей и впечатлений с простейшей моделью мира. Когда я полностью проснусь и буду воспринимать мир как сейчас, от временной симуляции потребуется больше деталей. Разработчикам симуляции понадобятся модели для всех тех вещей, которые я воспринимаю и о которых думаю. Если я переключу внимание на другие предметы, то разработчики симуляции должны быть готовы смоделировать и их тоже; хотя, возможно, эта симуляция будет настолько кратковременной, что этого не понадобится.

Не нахожусь ли я прямо сейчас в подобной кратковременной симуляции? С одной стороны, я не могу с уверенностью исключить это, а с другой стороны, не вижу особых причин считать, что такие кратковременные симуляции будут распространенными. В любом случае модель мира, которая порождает мои впечатления и мысли, всегда будет служить хотя бы локальной реальностью, как в случае с локальными симуляциями, которые обсуждались ранее. Другой интересный сценарий – сиюминутная симуляция моего мозга. Отмечу, что в этом случае модель будет основана на исторической среде мозга (как в сценариях двухмозгового заблаговременного программирования, которые мы вскоре рассмотрим). Во всех этих случаях модель будет служить основой, по крайней мере, для моей локальной реальности, что позволит избежать глобального скептицизма.

Несовершенные симуляции

В несовершенной симуляции физика моделируется неидеально. У этой гипотезы возможны различные