секунду от биологического мозга, я бы сказал, что он все еще довольно точно воспринимает мир.

Вы можете решить, что второй мозг ошибается, когда думает: «В данный момент передо мной мяч», ведь мяч был там секунду назад. Но это будет означать, что вы попали под влияние эдемской модели Времени. Если же мы примем временной функционализм, то слова «в данный момент» применительно к физическому миру будут указывать на время, вызывающее ощущение данного момента (сравните: «красный» означает свойство, которое вызывает ощущение красного). Таким образом, мнение второго мозга по-прежнему остается довольно точным, и нет причин, по которым длина задержки должна иметь принципиальное значение. Обобщая, можно сказать, что убеждения второго мозга в основном верны. Когда он видит футбольный мяч, то видит тот же цифровой футбольный мяч, с которым взаимодействовал первый мозг, только с задержкой во времени. Его мир совершенно реален. Второй мозг ошибается, предполагая, что влияет на среду, но то же самое относится и к системе-двойнику в сценарии Деннета/Игана.

Все упомянутые сценарии заставляют усомниться в том, что наши решения и другие ментальные аспекты направляют наши действия и влияют на среду. Угроза нависла над тезисом о влиянии сознания на окружающий мир. Это важный вопрос, и он является предметом многочисленных дискуссий. Впрочем, есть способы оспорить эти скептические сценарии. Например, рассудить, что двухмозговые системы слишком сложны, чтобы получить широкое распространение. (С другой стороны, симулированным существам может потребоваться постоянное резервное копирование, как в рассказе Игана.) Также можно предположить, что существует единое сознание, соответствующее обоим мозгам, и именно это сознание влияет на мир. Как бы то ни было, эта глава не посвящена гипотезам о влиянии сознания на среду.

Если я прав, рассмотренные нами сценарии со сдвоенными мозгами не оправдывают глобального скептицизма в отношении внешнего мира.

Боги и злые демоны

Как насчет классических скептических сценариев с участием богов или злых демонов? Для начала рассмотрим ситуацию, в которой ваше сенсорное восприятие обусловлено замыслом Бога, держащего в голове модель Вселенной. В этом случае Бог играет роль компьютера*. Предположительно, у него возникают мысли, соответствующие вот этим столу и стулу или, по крайней мере, частицам, из которых они состоят. Другими словами, столы и стулья создаются не битами в компьютере, а идеями в сознании Бога. Но они остаются совершенно реальными – существуют, обладают каузальными свойствами и являются настоящими столами и стульями. Да, они зависимы от сознания – но от сознания Бога. По крайней мере они не зависят от сознания обычных наблюдателей, таких как вы и я.

По поводу злого демона я бы сказал, что, несмотря на его дурные намерения, его ситуация эквивалентна ситуации с Богом. Демону, вероятно, понадобится некая модель или внутренняя симуляция, чтобы отслеживать, какие сенсорные сигналы отправлять вам и что делать с полученными результатами. Если у демона есть полномасштабная модель физики всей Вселенной, то сценарий с демоном сродни гипотезе совершенной симуляции. Если демон использует ограниченную модель, сценарий сродни гипотезе локальной, временной или несовершенной симуляции. При этом в любом случае столы и стулья будут существовать. Просто их будут создавать процессы в сознании злого демона.

Другой вид гипотетического злого демона вмешивается в ваши рассуждения. Декарт допускал мысль, что Бог может заставить вас ошибаться, например, неверно складывать два и три. При этом Декарт считал, что Бог не стал бы так вас обманывать, но злой демон на подобное способен. Что, если злой демон манипулирует вашим разумом, внушая, что два плюс три равно пяти, когда на самом деле ответ – шесть? Это радикальный скептический сценарий, и я думаю, что могу исключить его с помощью рассуждений, но если злой демон манипулирует моим разумом, то и моим рассуждениям доверять нельзя. В более общем виде вопрос звучит так: а что, если злой демон заставляет меня верить в разные факты о внешнем мире, для которых у меня нет доказательств? Симуляция даже необязательно должна быть отлаженной. Ведь то, что мой мир кажется мне согласованным и целостным, может быть результатом манипуляций злого демона.

Я думаю о таком виде скептицизма прежде всего как о метакогнитивном скептицизме, или скептицизме в отношении собственных рассуждений. Он поднимает сложные и увлекательные вопросы, несколько отличные от проблем скептицизма в отношении внешнего мира. Тем не менее между этими философскими позициями есть связь: если я не могу исключить вмешательство злого демона в мои рассуждения, известно ли мне хоть что-нибудь о внешнем мире?

Изложу свои доводы вкратце. Думаю, что, если мы хорошо разбираемся в математике, мы что-то о ней знаем. Если нам хватает рассудительности для доказательства того, что два плюс три равно пяти, то мы знаем, что два плюс три равно пяти. Возможно, нельзя исключить влияние злого демона, но хорошенько подумав, мы вряд ли согласимся с тем, что два плюс три равно шести. Разумеется, тот, чьи мысли искажены демоном, мог бы верить в истинность ответа «шесть». И он бы раскритиковал наши обоснования. Однако пока мы рассудительны, то способны что-то знать, в том числе и о внешнем мире. Если здравое размышление приводит к умозаключению о том, что передо мной стул, то сама по себе возможность существования демона не подрывает моего вывода. Я по-прежнему могу знать о существовании стула.

Сны и галлюцинации

А что насчет гипотезы сновидения? Сплю ли я прямо сейчас? Большинство сновидений несвязны и отрывочны, а мои ощущения не таковы. Но давайте представим необычный сон – стабильный и не разбитый на фрагменты. В данном случае я бы сказал, что гипотеза сновидения похожа на гипотезу Бога или злого демона, за исключением того, что эту симуляцию запускаю я сам. Мои переживания во сне определяются моделью мира, которая находится где-то в моем собственном сознании.

Если я вижу сон совсем недолгое время, то нахожусь в аналоге временной симуляции, запущенной только что. В этом случае мои представления об окружающем мире могут быть ложными, но с моими воспоминаниями все остается в порядке.

Если же идея в том, что я смотрел сон всю свою жизнь, то эта среда и будет моей реальностью. В самом радикальном случае, когда сон включает в себя полномасштабную модель всей Вселенной, у нас появляется аналог гипотезы совершенной симуляции. В этом случае все в моем мире будет реальным. Тело, которое я воспринимаю, реально, даже если оно из сна. Я по-настоящему провожу жизнь. В мире сновидений у меня может быть другой облик и другая история, но это не делает их нереальными. Если