улицу, где располагалась резиденция виконта Стратфорда, как навстречу ей вышла Сио. Лицо охотницы за головами казалось мрачнее тучи, а во взгляде сквозила явная растерянность.

Сио ответила нерешительным, тяжелым кивком:

— Разглядела…

Обронив это, она, казалось, наконец-то вынырнула из оцепенения и с неподдельным шоком выпалила:

— Я знаю её… то есть, его!

— Его? — Форс впала в искреннее недоумение.

Охотница привычным жестом воровато огляделась по сторонам, прежде чем продолжить:

— Это Шерман! Тот самый Шерман, о котором я тебе рассказывала!

— Он… дьявол, он превратился в девицу!

Услышав это, писательница на мгновение опешила и на чистых инстинктах переспросила:

— Ты часом не обозналась?

— Быть может, это просто его сестра?

Сио решительно, железобетонно мотнула головой:

— Никак нет. Она сама всё подтвердила. Да еще и заявила, чтобы я не смела её тревожить, мол, она твердо вознамерилась оборвать все связи с прошлым!

— Вот только… как, во имя всех богов, парень мог перекинуться в бабу?..

Глаза Форс едва заметно блеснули. Девушка внезапно поймала какую-то мысль и в глубокой задумчивости протянула:

— А ведь это отнюдь не фантастика… В нашем мире водится одна диковинная Потусторонняя стезя, способная на определенном этапе перекроить мужчину в женщину.

В памяти писательницы всплыло, как мисс «Справедливость» на одной из свободных дискуссий Клуба Таро вскользь упоминала нечто подобное.

— Чего? Правда, что ли? — глаза Сио округлились от изумления, и она недоверчиво переспросила.

— Железобетонно! — к этому моменту Форс уже кристально ясно вспомнила все детали и выдала абсолютно уверенный вердикт.

— Но это же… — охотница за головами всё еще силилась переварить услышанное, однако, не найдясь с достойными аргументами для спора, лишь сдалась: — И что же это за Путь такой?

Форс не замедлила с ответом:

— «Демонесса»!

— Э-э, то бишь Путь «Убийцы».

— «Демонесса»… Шерман умудрился заделаться «Демонессой»… — словно в бреду, забормотала себе под нос Сио.

Внезапно её голос дрогнул, налившись леденящей тревогой:

— А что, если её внаглую используют?

— Дьявол, нет, я обязана её предостеречь!

Не успело эхо этих слов растаять в воздухе, как охотница круто развернулась и пулей сорвалась с места, отчаянно силясь вновь сесть на хвост тому самому наемному экипажу.

Увы, прочесав несколько кварталов кряду, она так и не нащупала мишень. Шерманна вкупе с каретой словно сквозь землю провалились.

Сио дюйм за дюймом сбавила темп, пока окончательно не застыла на месте. С непроницаемым, сложным выражением лица она сверлила взглядом раскинувшуюся впереди абсолютно пустынную улицу.

Тем временем за её спиной, виртуозно просочившись сквозь парочку глухих стен, наконец-то подоспела запыхавшаяся Форс.

— Испарилась… — сдавленным шепотом проронила Сио.

Писательница тоже устремила взор в пустую даль и глубокомысленно констатировала:

— Нас засекли…

Не дав подруге и рта раскрыть, она с тяжелым вздохом развернулась:

— Уходим. Придется дожидаться другого шанса.

Сио даже не шелохнулась, продолжая стоять как вкопанная.

Выдержав звенящую паузу в добрых несколько секунд, она под непонимающим взглядом Форс наконец заговорила:

— Раз уж они почуяли неладное, не попытаются ли форсировать события?

— Вполне вероятно! Вздумай они уберечь свой план от краха, почти стопроцентно пойдут ва-банк уже этой ночью, дабы опередить нас! — Форс мгновенно раскусила логику напарницы и горячо её поддержала: — Рвем когти обратно к особняку виконта Стратфорда. Заляжем на дно в каком-нибудь глухом укрытии и продолжим слежку!

Охотница за головами ответила резким, безапелляционным кивком:

— Идет.

…………

Район доков. В недрах одного из приземистых складов, доверху забитого разношерстными грузами.

Шерманна неподвижно сидела на грязном, засаленном деревянном ящике. Её руки были жестко скручены за спиной, а всё тело намертво спеленали мириады тончайших, но несокрушимо прочных паутинок.

Девушка походила на пленницу, запаянную в прозрачный кокон, напрочь лишенную возможности даже издать приглушенный стон.

— В этом нет ни капли дурного для тебя, — безмятежно проронила стоящая перед ней Трисси. В руке Ведьма вальяжно поигрывала сгустком непроницаемо-черного пламени. — Как минимум, ты наконец-то железобетонно удостоверишься: питает ли он к тебе искреннюю любовь, или же виртуозно водит за нос.

В глазах Шерманны дико сплелись воедино клокочущая ярость и первобытный ужас. Она отчаянно мычала, силясь вложить в эти сдавленные звуки всю свою мольбу о пощаде. Увы, лицо Трисси осталось абсолютно каменным. Плавным, безжалостным взмахом она впечатала ладонь с черным пламенем прямо в живот пленницы.

Огонь, словно наделенный собственной, зловещей волей, сперва растекся по коже подобно воде. А затем, наплевав на любые физические преграды, призрачной субстанцией просочился сквозь плоть и кровь, неотвратимо погружаясь в самые недра тела.

Шелковистые, смоляные локоны Трисси внезапно взметнулись ввысь, напрочь попирая законы гравитации. Казалось, мириады незримых рук властно тянут их во все стороны. От этой чертовщины сам воздух в складе пропитался диковинным, дурманящим флером.

В полумраке пряди гротескно разбухли, разделившись так, что каждый волосок теперь хищно топорщился сам по себе.

У самых корней затеплилось густое, пронизывающее сияние. Неся в себе отголоски инфернальных проклятий и запретных слов, оно молниеносно устремилось вперед. Слившись с черным пламенем, эта скверна впиталась прямо в чрево Шерманны, бесследно растаяв внутри.

Лицо Шерманны свела неконтролируемая, жуткая судорога. Впрочем, ни малейшей боли она не испытывала — казалось, это лишь животный, рефлекторный отклик нервной системы на вторжение.

Вскоре конвульсии сошли на нет. Девушка безучастно созерцала, как фигура облаченной в мрачное черное платье Трисси дюйм за дюймом истончается, наливается прозрачностью и окончательно растворяется в небытии.

Зрачки Шерманны расширились от накатившей паники. Она вновь забилась в путах, отчаянно силясь вырваться, но паутинный кокон держал мертвой хваткой.

Раз за разом она выбивалась из сил, обмякала, а затем возобновляла свою безнадежную борьбу. Это напоминало то, как в звенящей тишине склада уровень невидимых вод неумолимо, сантиметр за сантиметром, ползет вверх, грозя затопить всё без остатка.

Одному богу известно, сколько минуло времени, прежде чем массивные створки склада с оглушительным лязгом распахнулись настежь, с силой впечатавшись в стены.

Внутрь ввалился слегка пошатывающийся человеческий силуэт. Это был не кто иной, как давно перешагнувший порог зрелости виконт Стратфорд.

На сей раз он пренебрег своим извечным белоснежным париком. Взору предстала заметно поредевшая линия роста волос и всклокоченная, слипшаяся в неопрятные пряди темная шевелюра. Казалось, он только что вырвался из-под проливного ливня и едва успел обсохнуть. Вот только последние несколько часов небеса были кристально чисты, на них безмятежно сияла багровая луна, и ни о каком дожде не было и речи.

По суровому,