Маджид еще спит и у нее есть несколько драгоценных минут, которые можно провести наедине с собой, пока он не проснулся и не потребовал ее внимания. У нее болело все тело, даже те места, которые, как ей раньше казалось, болеть просто не могут. Несмотря на супружеский опыт с Калимом, она оказалась совсем не готова к разгулу насилия, которое царило в этом доме, и все же была благодарна, что ей достался именно Маджид. Он тоже бывал жесток и причинял ей боль, но Абида хорошо знала, как на нее реагировать. Ей очень повезло: далеко не за всеми девушками в борделе были закреплены персональные клиенты. Она скинула с обнаженного тела одеяло, опустила ноги в пушистые тапочки, которые ей выдала апа-джи, и хотела было встать с кровати, но та скрипнула, и очень громко.

Абида зажмурилась и ругнулась про себя. Храп тут же смолк, и широкая волосатая рука резко обхватила ее за талию.

– Куда это ты собралась?

Девушка натянула улыбку и улеглась обратно на кровать. Большого труда стоило не отвернуться, когда усы Маджида царапнули ее по щеке. Она замерла, как статуя, и просто ждала, пока он покроет ее лицо поцелуями. Накануне вечером Маджид съел чесночную лепешку, и теперь у него изо рта несло так, что Абиду едва не стошнило.

– Можно мне в душ? – спросила она. – И зубы еще надо почистить, – уточнила она в надежде, что Маджид поймет намек, но он только сильнее вцепился ей в плечи. Девушка вскрикнула, а его это, кажется, только раззадорило, напомнило о собственной мужской природе, о которой он, впрочем, и так никогда не забывал.

И все началось заново. Абиде проще было думать, что это происходит не с ней. Так она поступала с тех пор, как осознала, что придется остаться в борделе.

– Кричать и сопротивляться ни к чему, это не поможет отсюда выбраться, милая, – сказала ей еще в самом начале апа-джи. – Лучше уж влюбить в себя кого-нибудь из богатеев, чтобы они захотели на тебе жениться, подхватили на руки и забрали отсюда.

– А если я не хочу, чтобы этот самый богатей избивал меня всю жизнь, апа-джи? – спросила тогда Абида.

Ей тут же влепили пощечину, которую потом самой же хозяйке борделя пришлось залечивать лимонной водой и медом.

– Не испытывай мое терпение, милая. Гляди, я чуть твое личико не испортила!

* * *

Искусству соблазнения – это слово Абида подцепила у Мунибы – она никогда не обучалась и не понимала, что Маджид в ней нашел, знала только, что он обожает властвовать и доминировать. Еще она знала, что он полицейский, но только на третьей встрече смогла завести разговор о своем заключении. Это произошло в день, когда он договорился о персональном обслуживании и тем самым спас Абиду из лап клиентов похуже. Лучше один, чем сто, подумала она тогда. В ту третью ночь она робко рассказала ему обо всем, что с ней случилось.

Маджид сделал вид, что ничего не услышал.

Она повторила свою историю, и он зажал ей ладонью рот. Взгляд у него вдруг стал ледяным, и Абида мгновенно поняла, что помощи тут ждать не стоит. Поняла еще до того, как он процедил:

– Все шлюхи, которых я только встречал, сыплют такими вот сказками. Да, с виду ты невинная овечка, но это не значит, что внутри ты такая же. Если думаешь, что ради тебя я предам саму апа-джи, подумай еще разочек. – Он положил ладонь ей на шею и сомкнул пальцы. Абида помнила, как ей вдруг стало нечем дышать, как пришлось судорожно хватать ртом воздух… – Скажи спасибо, что именно я стал твоим постоянным клиентом.

Сделав свое дело, Маджид скатился с нее и улегся рядом, а Абида наконец открыла глаза. Удивительно, но в этот раз она даже ничего не почувствовала. Кажется, у нее получилось совсем отрешиться. Судя по напряженной позе Маджида, он тоже это почувствовал. Полицейские зачастую не могут похвастаться подтянутой фигурой, но Маджид следил за собой, хотя ему было уже за пятьдесят. Он покосился на Абиду, но поворачиваться к ней не стал.

– Научись наслаждаться процессом, дорогуша. Не советую меня разочаровывать.

Да, напрасно она отключилась. Пора натянуть привычную маску. Абида соскользнула с кровати и преисполненными изящества движениями натянула на себя платье.

– О, Маджид-сахаб, я так вас всегда жду! Вы мое солнце! – Она опустилась на пол рядом с клиентом и положила голову ему на колено.

– Что-то не похоже, – проворчал Маджид, впрочем не слишком уверенно. – Мне иногда кажется, будто я занимаюсь любовью с деревянной куклой.

– В таком случае кукловод из вас шикарный. – Абида подняла голову и попыталась изобразить игривую улыбку.

Кажется, ей удалось его ободрить.

– Ну и славно, потому что я давно хочу с тобой кое-что обсудить. Кажется, время пришло.

У Абиды екнуло сердце. Неужели ей не послышалось? Она боялась вздохнуть, боялась, что он увидит в глазах хоть искорку надежды, поэтому всеми силами сохраняла невозмутимость.

– О чем же вы хотели поговорить, любовь моя?

– О Шахиде.

Абида нахмурилась.

– О Шахиде?

– Так моего сына зовут.

– И при чем тут он?

– Понимаешь, Абида, ему уже почти двадцать три, а он… ну… не умеет общаться с девушками. Неопытный. Очень робкий. В толк не возьму, почему у него до сих пор нет пассии. Твоим подружкам я не доверяю… многие тут болеют бог весть чем, что бы там ни говорила апа-джи. Вот я и подумал, может, ты сама…

Абида уставилась на него, разинув рот. От былой радости не осталось и следа, а ей на смену пришли злость и отчаяние, такое глубокое, что хотелось утонуть в нем и уже никогда не выныривать.

– Что-что вы там подумали? – спросила она, не в силах сдержать холодка в голосе. – Что отцовская игрушка и с сыночком может поразвлечься?

– Вот только не надо из себя недотрогу строить! Думаешь, я не понимаю, что это просто спектакль? Спектакль, за который тебе платят?

– Не мне, а нашей хозяйке. Мне-то и рупии не перепадает.

Абида встала с кровати и села в кресло у зарешеченного окна. Вот он, ее удел: жить в плену, потеряв ребенка. Интересно, что сейчас делает ее родня… Наверное, они даже рады, что получилось от нее избавиться. Нечего было грезить о любви и независимости. Вот ведь глупости!

– Сексом с ним заниматься не нужно, – сказал Маджид с нотками вины в голосе. Абида уловила их не без облегчения: она боялась, что слишком уж грубо себя с ним повела. – Надо просто с ним поговорить… показать ему, как с