и выводят нечто напоминающее нашу физику, вероятно, даже вплоть до квантовой механики. Точно так же в Матрице существуют хирурги, которые вскрывают тела и лечат органы. Предположительно в Матрице есть даже нейрохирурги, которые проводят трепанацию и оперируют мозг, и нейробиологи, которые ставят эксперименты, чтобы понять связь этого мозга с поведением.

В Матрице у Нео есть виртуальное тело с виртуальным мозгом. Также у него есть биологический мозг вне Матрицы. Как они взаимодействуют? Является ли один из них лишним? Возможно, биологический мозг выполняет всю работу, а виртуальный существует для видимости – но тогда не придется ли отключить виртуальный мозг от виртуального тела, чтобы избежать влияния первого на второе, и не заметят ли виртуальные нейробиологи что-нибудь неладное? Или, возможно, виртуальный мозг выполняет всю работу, а биологический – лишь пассивный наблюдатель; но тогда разве биологический Нео не заметит неладное, когда попытается сделать что-то одно, а его виртуальный мозг заставит его сделать что-то другое?

Кажется, чтобы избежать проблем, лучше всего синхронизировать биологический мозг с виртуальным*. Информация, которую получает виртуальный мозг, копируется в биологический, и они реагируют на входные данные совершенно одинаково. Если мы хотим, чтобы биологический мозг был больше чем пассивным наблюдателем, то можем подключить его к моторным системам в виртуальном теле. Представим, что, когда двигательный нейрон срабатывает в биологическом мозге, его выходные данные передаются соответствующему двигательному нейрону в виртуальном мозге, тем самым контролируя действия виртуального тела. Если симуляция функционирует хорошо, этот второй нейрон сработает так, как если бы находился под контролем одного лишь виртуального мозга.

Эта картина вызывает множество вопросов. Первый из них: один перед нами индивидуум или все-таки два? Может показаться, что биологический мозг Нео поддерживает сознательного субъекта почти обычным способом. Однако это не вся картина, ведь его виртуальный мозг тоже мог бы быть опорой для сознательного субъекта, если, конечно, компьютерные процессы способны на такое (об этом я расскажу в следующей главе). Эти субъекты – один индивидуум или двое? Возникает соблазн сделать вывод, что здесь присутствуют два индивидуума – как однояйцовые близнецы, полностью синхронизированные друг с другом, но все же отдельные люди.

В рассказе Дэниела Деннета «Где я?»* биологический мозг и резервный кремниевый мозг синхронизированы друг с другом. Оба используются для управления одним и тем же телом, время от времени они переключаются, уступая главенство. Однажды два мозга разошлись в своих рассуждениях. В этот момент стало совершенно ясно, что с одним и тем же телом связаны две отдельные личности. Всегда ли их было две, или существовало единое сознание, которое разделилось, когда разделились мозги? Трудно сказать наверняка. В любой момент можно возразить, что механизмы, обеспечивающие синхронизацию двух мозгов, делают их, по сути, единой системой, поддерживающей одно сознание и одну личность, а не две. Точно так же трудно сказать что-либо определенное и в ситуации с Нео.

Это придает Матрице совершенно новый оттенок. Существовали ли с самого начала два Нео? Биологический Нео отключается от Матрицы после принятия красной таблетки. Что происходит в этот момент с виртуальным Нео, с его виртуальным телом и виртуальным мозгом? Возможно, он исчезает? Воссоздается ли новый виртуальный Нео, синхронизированный с биологическим Нео, всякий раз, когда последний возвращается в Матрицу? Это помогло бы объяснить одну из величайших загадок Матрицы: когда кто-то умирает в виртуальном мире, почему он умирает и во внешнем мире? Ответ может заключаться в том, что два мозга всегда находятся в синхронизации. Когда умирает один мозг, умирает и другой.

Если мы хотим взаимодействовать с виртуальным миром, основанном на физике, не сталкиваясь с подобными проблемами, для нас может иметь смысл управление виртуальными телами, в которых отсутствует полностью автономный виртуальный мозг. Виртуальное тело может иметь упрощенную нервную систему, пригодную лишь для сенсорной и моторной обработки. Сигналы невиртуального мозга будут управлять поведением виртуального мозга и тела, возможно, через виртуальную шишковидную железу.

Все это потребует сложных дуалистических взаимодействий между разумами внешнего мира и телами внутреннего мира. Тем не менее система необязательно должна быть дуалистичной на фундаментальном уровне. Как физика внутреннего мира, так и психология внешнего мира могут вытекать из единой физики внешнего мира. Если так, то у нас будет своего рода монизм (единство природы вещей), а не дуализм (двойственность природы вещей) на фундаментальном уровне. Обитатели внешнего мира воспримут это как своего рода материализм, а обитатели внутреннего мира – нет, поскольку материя внешнего мира – это не материя внутреннего мира. С точки зрения внутреннего мира, истина может быть описана как своего рода нейтральный монизм: где-то существует единый фундамент, лежащий в основе как сознания, так и тела. И этот нейтральный вид фундамента – физика внешнего мира – не физический, а мета-физический.

Итог

Аргументы, приведенные в этой главе, могут помочь нам осмыслить гипотезу симуляции. Во второй главе мы видели, что гипотезу можно разделить на гипотезу чистой симуляции, в которой наша когнитивная система является частью симуляции, и гипотезу не-чистой симуляции, в которой это не так. Традиционный сценарий «мозг в колбе» – это не-чистая биосимуляция, как и ситуация в «Матрице». В этой главе мы в основном сосредоточились на не-чистых симуляциях, в которых когнитивная система и физика виртуального мира различны.

Если я принимаю гипотезу не-чистой симуляции, то должен принять и гипотезу картезианского дуализма о том, что моя когнитивная система нефизична и при этом взаимодействует с физическими системами. Мое сознание находится за пределами физического пространства моего виртуального мира и взаимодействует с моим телом, находящимся внутри этого пространства. Мой физический мир полностью основан на компьютерных битах, но мой ум привязан к мозгу в колбе, который вовсе не обязательно должен быть основан на битах.

Ранее я утверждал, что гипотеза симуляции приводит к гипотезе «сотворения всего из битов». Теперь мы видим, что гипотеза не-чистой симуляции приводит к картезианской гипотезе «сотворения всего из битов»: физические системы порождаются компьютерными процессами, запущенными творцом, а наши когнитивные системы отличны от этих физических систем, но при этом взаимодействуют с ними. По сути, идея не-чистой симуляции сродни сочетанию идеи «сотворения всего из битов» относительно физического мира с картезианским дуализмом относительно сознания. А гипотеза чистой симуляции, в свою очередь, приводит к не-картезианской гипотезе «сотворения всего из битов»: наши когнитивные системы возникают из физических систем, которые порождаются вычислениями, реализуемыми в процессе творения.

Я не утверждаю, что гипотеза не-чистой симуляции правдоподобна. Если вы серьезно относитесь к гипотезе симуляции из-за статистического довода о том, что симуляции будут распространенным явлением (см. пятую главу), то стоит