class="p1">— Мы следим за этими событиями. Король Виктор Эммануил сохраняет влияние, и президент поддерживает с ним хорошие отношения.

— Именно поэтому я считаю это время подходящим для входа американского капитала в итальянские проекты. Французские компании уже подготовили предварительные контакты. Через моего помощника я вышел на людей, близких к Ди Монтальто. Они подтвердили готовность к встрече в ближайшее время. Мы могли бы действовать совместно: французская сторона предоставляет опыт работы на континенте, американская — финансовые ресурсы и технологии.

Кларк задумчиво кивнул.

— Это звучит перспективно. Италия обладает значительным промышленным потенциалом — текстиль, машиностроение, сельское хозяйство. Если новый премьер-министр настроен на стабилизацию и открытость, то инвестиции найдут почву. Президент действительно ценит отношения с итальянским королевским двором. Бизнес-контакты в таком контексте будут восприняты положительно.

Рено продолжил:

— Мы видим возможности в модернизации портов Генуи и Неаполя, в развитии энергетических проектов и в поставках оборудования для текстильных фабрик. Французские банки готовы выступить гарантами части сделок. Доля участия может быть распределена пропорционально вкладам. Важно начать с небольших, но символичных проектов, чтобы показать серьёзность намерений.

— Разумный подход, — согласился Кларк. — Наши клиенты ищут именно такие направления: стабильные правительства, предсказуемые правила игры и потенциал роста. Я могу подготовить список заинтересованных компаний здесь, в Нью-Йорке. Некоторые из них уже имеют опыт работы в Средиземноморье.

Они углубились в детали. Рено описал структуру возможного консорциума: французские инвесторы берут на себя координацию на месте, американские обеспечивают кредитные линии и поставки станков. Кларк предложил варианты страхования инвестиций через американские агентства. Разговор коснулся сроков: первая делегация могла бы отправиться в Рим уже в ноябре, если встреча с Ди Монтальто состоится.

— Маршал Ди Монтальто подчёркивает возвращение к традиционным ценностям и экономическому прагматизму, — добавил Рено. — Это отличает его от прежнего курса. Король поддерживает такой поворот, что создаёт благоприятную атмосферу для иностранных партнёров.

Кларк записал несколько заметок в блокнот.

— Я передам эту информацию в Вашингтон. Если президент увидит здесь возможность укрепить позиции через экономику, он поддержит. Отношения с итальянским монархом дают дополнительный вес.

Они обсудили практические шаги: обмен списками потенциальных проектов, подготовку меморандумов о взаимопонимании и координацию через посольства. Рено подчеркнул важность конфиденциальности на начальном этапе, чтобы избежать ненужного внимания прессы. Кларк полностью разделял эту позицию.

— Такие дела лучше вести спокойно, — сказал он. — Рынки реагируют на факты, а не на слухи.

Разговор вернулся к общим экономическим вопросам. Они сравнили темпы восстановления после недавнего спада: американская промышленность показывала более динамичный рост благодаря внутреннему спросу, французская опиралась на колониальные ресурсы и европейские связи. Кларк упомянул новые разработки в области радио и авиастроения, где американские фирмы лидировали. Рено отметил интерес французских инженеров к лицензиям на производство.

Время шло. За окном салона начало темнеть, уличные фонари зажглись вдоль Парк-авеню. Официант принёс свежий кофе и фрукты. Мужчины продолжали беседу, переходя от цифр к стратегиям. Рено рассказал о планах расширения французских банковских представительств в Нью-Йорке. Кларк поделился наблюдениями о влиянии конгрессменов на торговое законодательство.

— Всё сводится к тому, чтобы позиции были закреплены заранее, — заметил Рено. — Кто успеет выстроить надёжные каналы, тот и получит преимущество в будущем.

— Верно, — ответил Кларк. — Администрация понимает это. Поэтому короткая встреча с президентом может стать важным шагом.

Они коснулись роли частного капитала в формировании внешнеэкономической политики. Оба согласились, что деловые круги часто видят дальше, чем официальные декларации. Рено упомянул успешные примеры прошлых совместных проектов между французскими и американскими компаниями в Латинской Америке. Кларк привёл аналогичные случаи в Азии.

Вскоре основные вопросы были проработаны. Кларк пообещал отправить подтверждение по встрече в Вашингтоне в течение трёх дней. Рено передал ему пакет с документами: обзоры французского рынка и предварительные предложения по Италии.

— Благодарю за приём, — сказал Кларк, поднимаясь. — Надеюсь, наше сотрудничество принесёт результаты обеим сторонам.

— Я тоже на это рассчитываю, — ответил Рено.

После ухода банкира Рено остался в салоне ещё на несколько минут. Он просмотрел свои записи и сделал пару пометок. Затем поднялся в номер. Рено сел за письменный стол. Нужно было подготовить отчёт для парижских партнёров.

Следующие дни в Нью-Йорке прошли в деловых встречах. Рено посетил несколько банков, обсудил условия кредитов и ознакомился с новыми промышленными образцами. Но центральной темой оставалась предстоящая поездка в Вашингтон и перспективы в Италии. Кларк сдержал слово: уже на третий день пришло подтверждение — аудиенция у президента назначена на вторую половину октября.

Рено чувствовал удовлетворение от проделанной работы. Перемены в Европе открывали окна возможностей, и он старался использовать их максимально эффективно.

Глава 4

Марко пришёл в участок рано утром в начале октября 1938 года. Дежурный капрал кивнул ему при входе и сразу протянул конверт.

— Господин лейтенант, доставили перед рассветом. Мальчишка принёс, сказал, что от неизвестного мужчины.

Марко взял пакет, прошёл в кабинет и закрыл дверь. Он сел за стол и аккуратно вскрыл конверт ножом для бумаг. Он сразу узнал знакомый почерк и стиль письма.

«Вы проверили предыдущие сведения и увидели, что они верны. Теперь я предлагаю нечто более ценное. Однако я не буду наглеть. За ту же сумму — десять тысяч лир — я передам доказательства важной связи. Приходите сегодня ночью к заброшенным складам на северной окраине, что за старыми мастерскими. Найдите третий склад слева от входа на территорию. Внутри, у дальней стены, под кучей старых мешков лежит свёрток. Оставьте деньги там же. Приходите один. Если всё пройдёт гладко, наше сотрудничество продолжится».

Марко перечитал послание. После сентябрьских арестов он смог задержать нескольких человек из списка: мелких торговцев и служащих. Допросы дали подтверждения мелких передач сведений, но ничего серьёзного он пока так и не узнал. Никто из них не знал имён вышестоящих людей — все общались через кураторов. Марко пришёл к выводу, что настоящие руководители сети находятся за границей, скорее всего в Британском Сомали. Оттуда легче координировать работу и избегать прямого контроля итальянских властей. В Абиссинии оставались только исполнители низкого уровня.

В Италии недавно произошли важные перемены. Смерть Муссолини привела к тому, что вице-король Лоренцо ди Монтальто отбыл на родину, а генерал Витторио ди Санголетто временно возглавил всю колонию. Марко знал, что новый руководитель ждёт результатов. Генерал уже несколько раз напоминал о деле Бьянкини. Терпение его было ограничено. Марко понимал: кто бы ни стоял у власти, требование оставалось прежним —