— Ты же охотник на ведьм. И приехал сюда, чтобы меня уничтожить А я даже на секунду подумала, что ты такой же как я.

Я покачал головой:

— Я не охотник на ведьм. Я охотник на нечисть. И да, я приехал остановить тебя. Некоторые из них тех, кто лежит сейчас в лазарете, совсем маленькие дети. Что они могли сделать? А что сделали тебе случайные заблудившиеся люди, которых ты использовала для перекачивания силы?

Дарья дёрнулась, словно от удара. Чернота в ее глазах дрогнула и пошла рябью, на мгновение я увидел обычные, полные слез карие зрачки. Девушка опустилась на землю и села, подогнув колени.

— Что мне было делать? — голос ее сорвался на плач. — Я осталась одна! Совсем одна!

— Ты могла уйти, — тихо сказал я. — Уехать из этой деревни, чтобы начать новую жизнь в месте, где тебя не знают.

— Куда⁈ — она всхлипнула. — Я была дочерью ведьмы! Меня бы нигде не приняли!

Слёзы потекли по её щекам, оставляя чёрные полосы на бледной коже. Девушка закрыла лицо руками, всхлипывая и сотрясаясь всем телом.

— Я думала, если соберу достаточно сил, то смогу вытащить мамку с того света, пусть ненадолго… Просто увидеть ее… попросить прощения, что не смогла, не уберегла, не спасла!

Голос ее дрогнул и сорвался. Она опустилась на колени в грязь и склонила голову, пряча лицо.

— Я просто боюсь исчезнуть, — едва слышно пробормотала она. — Раствориться в этой тьме и больше никогда не увидеть мамку.

Смутень сочувственно каркнул на моем плече. Я сжал кулаки, чувствуя давящий ком в груди.

— Дарья, — тихо позвал я. — Ты не сможешь вернуть мать. Мёртвые должны оставаться мёртвыми. Это закон, который нельзя нарушить, не заплатив страшную цену.

Она резко вскинула голову и внимательно посмотрела на меня.

— Ты же тоже уже умирал, я чувствую это, — уверенно произнесла она. — Но ты здесь.

— Мне дали второй шанс, — согласился я, не отводя взгляда. — Но твоя мать… она ушла по своей воле. Она не хотела признаваться в том, чего не сделала. Это был ее выбор. Её жертва ради тебя.

— Выбор⁈ — Дарья вскочила и вокруг нее закружили вихри пыли. — Какой выбор⁈ Ее убили!

— Это не значит, что ты должна мстить тем, кто не был в этом замешан. Ты не исправляешь несправедливость, а создаёшь новую.

— А что мне делать⁈ — закричала она. — Умереть?

Я покачал головой и сделал шаг в ее сторону, протягивая руку:

— Найти покой. Встретиться с родными там, за гранью. А не существовать здесь, в морочном кошмаре, с чувством неутолимого голода, который в итоге сожрет и твоё сознание и саму память о матери.

Дарья замерла и чернота в ее глаза дрогнула, отступая к краям радужки. Девушка сидела в тусклом свете луны, обхватив себя руками, дрожа всем телом, как загнанное животное. Ветер трепал ее волосы.

— Я… я не знаю, как, — наконец прошептала она, в ее голосе прорезалась мольба. — Голод… он сильнее меня…

— Я могу помочь освободить твою душу. Без боли.

Она посмотрела на меня. И на мгновение я увидел в стоявшем передо мной чудовище обычную испуганную девушку, которая просто хотела вернуть мать.

— Обещаешь? — тихо спросила она, делая маленький шаг ко мне и я кивнул.

— Обещаю.

Дарья хотела было сделать шаг вперед, но вдруг замерла и дёрнулась, как кукла на нитях. Ее голова неестественно запрокинулась, из горла вырвался хрип.

— Нет… нет… не хочу… — голос ее стал искажённым. — Не хочу умирать… не могу… не хочу обратно в темноту!

Она снова уставилась на меня. И я заметил, что чернота залила глаза полностью, не оставив даже намека на карий цвет. Рот растянулся в нечеловеческой улыбке, обнажив десна.

— Мне нужна сила! — взвыла она. И девушку окутал смерч темной силы.

— Неплохо же она отъелась на деревенских, да заплутавших, — отметил Смутень, взлетая с моего плеча.

Я только кивнул, глядя на стоявшее передо мной чудовище. Ератник в ней взял верх над человеком.

Дарья, или то, что от нее осталось, завизжала и метнулась ко мне. Ее руки удлинились, пальцы превратились в когти. Рот раскрылся слишком широко, обнажив ряд острых зубов.

— Я выпью тебя, охотник! — прорычала она, а я проворно отскочил назад, выхватывая из сумки флакон с эликсиром серебряной росы. Размахнулся и бросил его под ноги ератника. Послышался звон, и жидкость вспыхнула искристым светом, заставив чудище попятиться и прикрыть лицо руками.

— Прости, Дарья, — прошептал я, торопливо вынимая из сумки новый флакон. — Я пытался.

Ератник зло взглянул на меня, завыл и бросился в атаку. Выросшие из спины девушки щупальца тьмы метнулись ко мне со всех сторон, скручиваясь в петли, пытаясь опутать ноги и шею. Я рванул в сторону, чувствуя, как одно из них скользнуло по плечу, оставив жгучий след. Земля под ногами стала вязкой, всасывающей, словно болото,пытаясь удержать меня на месте.

— Смутень! — крикнул я, разбивая второй флакон о землю.

Серебристый свет ярко вспыхнул, отбросив щупальца, и заставив противника попятиться, ослепленно щурясь. Я воспользовался передышкой, чтобы отскочить в сторону, вырывая ноги из грязи.

А через мгновение, ератник завыл и снова ринулся в атаку. В тот раз она просто метнулась вперед с нечеловеческой скоростью, метя мне в горло.

Я отпрыгнул, но сделал это неудачно. Нога провалилась в вязкую грязь. Потерял равновесие и неуклюже упал на спину.

Ератник оказался надо мной внезапно. Рот раскрылся, обнажая ряды мелких острых зубов, с которых капала слюна.

— Твоя сила теперь моя! — завыла она, наклоняясь ко мне. — Выпью! Все выпью до дна!

Меня спас ворон, который камнем метнулся вниз, клюнув ератника в глаз. Нечисть взвизгнула и попыталась схватить его, но Смутень уже растворился в астрале, оставив после себя лишь перо.

Я же вскочил на ноги, вынул из сумки маленький пузырек и метнул его, целя в широко открытый рот твари. Ератник клацнул зубами, раздавив стекло, и жидкость достигла цели. Тварь попятилась, схватилась за горло, из которого повалил едкий белый дым. И я впервые заметил, что противник боится. И теперь, в широко раскрытых карих глазах существа вместо темноты плескался животный страх.

— Прости, — тихо сказал я. — Но ты сама