оказаться кем угодно. Мог кому-нибудь передать. Мог проговориться. Мог сдать при первом же давлении.

— Познакомишь, — сказал я. — Но у меня условие.

— Какое?

— Хозяин знает только то, что ему нужно. Ни имён, ни того, чем мы занимаемся. Пускай думает, что мы просто прячемся от немцев.

— Это само собой, — кивнул Дудник. — Лишнего он и не спросит.

— И ещё. Мы уходим отсюда — значит, Карл остаётся один. Придёт проверка — прятаться ему придётся самому, без лишней пары глаз у двери. Ты это понимаешь?

— Карл не дурак. Справится. Три месяца справлялся.

— Ладно. Когда идём?

— Сегодня вечером, до комендантского часа. Познакомлю тебя с хозяином, покажу помещение. Если подойдёт — договоритесь.

— Договорились.

Дудник встал. Я тоже поднялся. Он открыл дверь и вышел первым. В мастерской Карл всё ещё возился у верстака. Я посмотрел на него: немец работал сосредоточенно, не обращая на нас внимания. Или делал вид, что не обращает.

— Дудник, — я остановил хозяина у двери. — Можно с Карлом поговорить? Наедине?

— Опять? Зачем?

— Платон кое-что про него сказал. Хочу уточнить.

Дудник посмотрел на меня и коротко кивнул.

— Без глупостей, Стас. Он мой работник.

— Я просто поговорю.

— Говори. — Он кивнул на Карла и вышел во двор.

Я подошёл к верстаку. Карл поднял голову, отложил ножовку.

— Карл, есть минута?

— Да.

— Давай присядем.

Мы сели на скамью у стены. Говорили по-немецки. Не знаю, что меня так кольнуло, но до конца я этому Карлу не доверял.

— В прошлый раз ты сказал, что со складами дела не имел.

— Не имел.

— А Дудник говорит, ты получал имущество со складов. По накладным.

Карл помолчал. Потёр ладонь о фартук — так же, как в прошлый раз.

— Получал. Это не одно и то же. Я приходил с бумагой, мне выдавали. На складе я не служил.

— Почему сразу не сказал?

— Ты спрашивал про склад у кирпичного завода. Там я не был. — Он поднял на меня глаза. — И спрашивал так, будто за спиной нож держишь.

Справедливо. Миша в тот вечер и правда к свёртку тянулся.

— Как они устроены? Склады инженерного имущества.

— Везде почти одинаково. Опись на всё имущество. Книга выдачи. На дверях пломба, ключи у начальника склада. Без его подписи ничего не выдают, даже гвоздь. Раз в неделю или в две приезжает проверка из тыла, сверяет книгу с наличием. — Он пожал плечами. — Бумаги у нас любят больше, чем людей.

— Если понадобится, расскажешь подробнее?

— Как устроено — расскажу. Но сам туда не пойду, — ответил он твёрдо. — Я хочу работать в мастерской. Чинить вещи. Быть полезным. Но не воевать. Ни за тех, ни за других.

— Хорошо. Я не настаиваю.

Он кивнул и вернулся к ножовке. А я подумал, что Платон, похоже, был прав: Карл нам ещё пригодится.

Вечером, до комендантского часа, Дудник повёл меня и Антося знакомиться с хозяином помещения. Шли дворами и короткими переулками, чтобы миновать центральные улицы.

Хозяина звали Тихон Васильевич Громов. Это был пожилой мужик с хриплым голосом и такими огромными бровями, каких я в жизни не видел. Он встретил нас у калитки, и одного взгляда на него хватало, чтобы понять: когда-то он был кузнецом. Кулаки у него были… ух!

— Олег рассказывал, — сказал он. — Пойдём, покажу.

«Олег? А… Дудник».

Сарай стоял во дворе кузницы, обнесённом высоким забором. Каменное строение с чердаком и двумя дверями: одна выходила во двор, вторая — в переулок. Помещение немаленькое, метров семь на десять, с высоким потолком, да ещё чердак. Места — хоть жопой жуй!

— Раньше тут уголь хранили, — сказал Тихон. — Потом инвентарь. А как работника моего не стало, так и пустует.

— Два выхода, — я обошёл помещение. — Это хорошо.

— Ну да. Один — со двора, второй — в переулок. Переулок глухой, ночью там никого.

— Соседи?

— Ближайший дом — через два забора. Там бабка живёт, глухая. Других нет.

— Тихон Васильевич, — я повернулся к хозяину. — Нам нужно это помещение… Только вы не будете знать…

— Мне и не надо знать, — перебил он. — Олег уже предупредил, чтобы я не задавал лишних вопросов. Мне плевать, что вы тут хранить собрались, как жить и что делать. Платите исправно — хоть нашими, хоть марками. Но, — он нахмурился, — условие одно: если из-за вас придут ко мне…

— Не придут, — ответил я. — Мы не оставим следов.

Он посмотрел на меня. Потом на Дудника. Тот кивнул.

— Ладно, — сказал Тихон и протянул мне ключ. — Ключей два. Один у меня, второй — твой. Приходите когда хотите. Только дверь в переулок запирайте изнутри.

Мы договорились и пожали руки. Дудник остался: хотел ещё поговорить с Тихоном о чём-то своём. Мы с Антосем ушли вперёд.

— Ну как? — спросил Антось, когда мы отошли на достаточное расстояние.

— Лучше, чем у Дудника. Два выхода, чердак, глухой забор. Завтра перебираемся.

Антось кивнул. Дальше мы шли молча. Я думал о новом помещении и о том, как перенести туда оружие и запасы из карьера. Антось — о чём-то своём. Со склада он был сам не свой, а я так и не нашёл минуты, чтобы спросить, что с ним.

Плюс… цену мы так и не обговорили. А она могла мне очень не понравиться.

«Блин, не думал, что на войне придётся заботиться о деньгах… где бы их теперь взять…»

Платон Шестаков шёл по переулку и думал о том, сколько всего навалилось за последние сутки. Вчера — Катя и двое грузчиков, которых нужно было где-то устроить. Сегодня с утра — Стас и Игнат в сарае у карьера…

Но самое важное было другое. Ещё вчера, после полудня, прибежал парень от Серёги Климова: взяли немца! Офицера, причём бежавшего от своих. Платону это сразу напомнило о Карле, который работал у Дудника. А новый немец вдобавок тоже назвался Карлом…

«Задрали, — подумал он. — Чё им на родине не живётся…»

Вчера до немца руки так и не дошли: до самого комендантского часа Платон пристраивал грузчиков. Утром, в сарае у карьера, он Стасу ничего не сказал. Сначала хотел сам посмотреть на пленного.

Он дошёл до сарая у насыпи, где Климов с Прохоровым держали немца. Постучал условным стуком: два коротких, один длинный. Секунд через десять дверь открыл Климов. Боец был совсем молодой, чуть постарше Стаса Ковальчика, но повидал тоже немало.

Когда-то он собственноручно перебил патрульную группу из десяти человек, которая сунулась в его дом и убила его сестру. После этого немцы прозвали Климова Вендиго. Врага он